Иркутский Родительский Комитет - <
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

ДЕКЛАРИРУЕМЫЕ ЦЕЛИ ЮВЕНАЛЬНОЙ ЮСТИЦИИ

 

 
12.11.2012
 
Представляем вашему вниманию главу "Декларируемые цели внедрения ювенальной юстиции в России и реальные проблемы" из монографии "Проблема инокультурной ювенальной юстиции в современной России".
 
В дискуссиях о целесообразности или нецелесообразности внедрения в России ювенальной юстиции ее сторонники выдвигают различные аргументы, обозначают проблемы, которые ювенальная юстиция призвана решать. Целесообразно соотнести основные аргументы сторонников внедрения ювенальной юстиции с реальными проблемами детей.
 
Насилие над детьми в семье (жестокость родителей)
В дискуссиях о ювенальной юстиции на самых разных площадках и в СМИ одним из самых распространенных аргументов в пользу внедрения ювенальной юстиции являются «ужасающие масштабы» насилия родителей в отношении детей. В ответ на все аргументы, приводимые в пользу необходимости сохранять и уважать автономию семьи, ее права принимать решения о воспитании и образовании ребенка, защищать ее жизнь от произвольных вторжений извне, звучит одно и то же эмоциональное: «Вы что, не знаете, что по статистике в России ежегодно от рук родителей гибнет 2000 (варианты – 30 000 или даже 200 000) детей?! С этим надо что-то делать!!».
 
Вот, например, аргументация, размещенная на всероссийском информационном портале, посвященном ювенальной юстиции: «Ежегодно в России от насилия в семье погибает 30 тыс. детей… В прошлом [2009] году 2,5 тыс. детей погибло от рук педофилов, и родителей из них была большая часть». В другом известном средстве массовой информации в 2009 г. утверждалось (при отсутствии каких-либо ссылок): «По данным разных ведомств, в России от рук родителей погибает от 10 до 30 тыс. детей в год». «Только по официальной статистике, в России ежегодно от рук родителей погибают 2 тыс. детей, - рассказал в интервью одной авторитетной общероссийской газете исполнительный директор общественной организации “Право ребенка” Борис Альтшулер. – Более того, 2,7 тыс. детей каждый год совершают самоубийства, причина которых – насилие в семье».
 
Каковы действительные факты? Сколько на самом деле детей страдает от различных преступлений каждый год, гибнет от рук своих родителей?

Анализ достоверной статистики показывает, что приводимые сторонниками ювенальной юстиции данные, мягко говоря, несколько преувеличены. По данным МВД России количество несовершеннолетних, погибших в результате преступных посягательств в период 2000-2009 гг., неуклонно снижалось (рис. 2.1).


 
Итак, во-первых, за 2009 г. в России погибло 1,6 тыс. (не 30 и не 10 тыс.) несовершеннолетних. Разумеется, нельзя сказать, что это пустяки. За каждой цифрой – жизнь ребенка. Однако что позволяет предположить, что все они погибли от рук собственных родителей? Это общее число погибших детей, и оно ниже того, которое сторонники приводят в качестве цифры погибших от рук родителей.
 
Сколько детей в год в России действительно гибнет от рук собственных родителей? По данным Генеральной прокуратуры РФ в 2000-2005 гг. в России от рук родителей погибло 1 086 детей, т. е. около 180 несовершеннолетних в год. В 2010 г. число несовершеннолетних, пострадавших от преступных посягательств, составило 100227 человек. Непосредственно от преступлений со стороны членов семьи пострадало 5208 человек, из которых от преступных действий или бездействий самих родителей – 4044 ребенка. Следовательно, 95% несовершеннолетних стали жертвами вовсе не семейных преступлений. Относительно общей численности детей, проживающих в России, которая составляет около 26 млн, число несовершеннолетних, пострадавших от семейного насилия, составляет 0,02%. В официальных источниках также можно встретить абсолютно недостоверную информацию относительно масштабов семейного насилия.
 
Например, на интернет-сайте Совета Федерации РФ размещен некий текст, который озаглавлен «Доклад Совета Федерации “О положении детей в Российской Федерации” от 02.06.06 (в изложении)». Сам доклад недоступен, однако в данном изложении сказано: «Можно возмущаться тем, что гибнут усыновленные за рубежом российские дети, однако не следует забывать, что от нечеловеческой жестокости своих собственных родителей в России гибнут каждый год до 2,5 тысяч детей». Кто таким образом излагал официальный доклад – непонятно. Ведь в основу доклада, как отмечается, «легли материалы субъектов Российской Федерации, Генеральной прокуратуры, МВД и многих других министерств и ведомств». В государственных докладах за последующие годы, тексты которых доступны, приведены совершенно иные цифры.
 
Очевидно, что миф о «нечеловеческой жесткости родителей по отношению к собственным детям в России» создают искусственно, профессионально используя средства манипуляции сознанием.

Показательна в этом отношении дискуссия о введении ювенальной юстиции в эфире программы, по иронии называющейся «Лукавая цифра», радиостанции «Эхо Москвы». О. Зыков говорит в программе на «Эхе Москвы», посвященной обсуждению темы ювенальной юстиции: «Количество детей, которые подвергаются насилию в нашей стране, с каждым годом растет и причина этого известна. Ее, собственно, озвучил президент 16 марта. У нас нет – это слова президента – мер системы защиты прав детей. У нас ее просто нет». Странно, что президент, оказывается, выражается такими публицистическими максимами, будто бы ему неизвестна система правовой защиты детей. На самом деле количество преступлений в отношении детей снижается (рис. 2.2).


 
Среди аргументов в самом начале радиодискуссии звучат официальные цифры за 2008 г.: 126,5 тыс. детей, пострадавших от преступных посягательств, и около 2 тыс. погибших от различных преступлений. Но затем разговор строится таким образом, что возникает полная иллюзия, что все преступления в отношении детей совершены родителями, а родительская жестокость – главная проблема несовершеннолетних в нашей стране, что вся вина лежит на родителях. Манипуляция? Очевидная. С какой целью? Трудно предположить, что с благой.
 
Однако самое примечательное – другое. В разгар дискуссии на сайт радиостанции приходили мнения и вопросы слушателей, которые сводились к тому, что главная угроза для детей это само государство, которое не создает должных условий, в том числе социально-экономических. Вопрос ставится на слушательское голосование, итог которого вводит участников дискуссии в ступор. В целом либеральная аудитория «Эха Москвы» на уровне всего 27% считает, что в росте количества случаев насилия над детьми (хотя на самом деле оно снижается) виноваты родители. 73% склонно винить государство. «Это контринтуитивно. Невозможно в это поверить», - восклицает ведущая. «Проблема иждивенчества нашего общества», - резюмирует Зыков.
 
На самом деле это проблема манипуляции населением страны в попытке протащить еще одну разрушительную для России социальную технологию.
 
На оправдание введения ювенальной юстиции в России неявным образом настроены и официальные документы. Так, в государственном докладе «О положении детей» за 2008-2009 гг. раздел о преступлениях против детей включен в главу о профилактике семейного неблагополучия. Конечно, незащищенность детей от насилия является проблемой. Однако стремление сторонников ювенальной юстиции свести эту многоаспектную проблему лишь к случаям жестокого обращения с детьми со стороны родителей, которые ничтожны по сравнению с остальными, очевидно неадекватно истинной заботе о благополучии детей. Подводит явное наличие иной, теневой сверхзадачи.
 
Разумеется, преступления родителей в отношении детей должны строго наказываться по нормам действующего уголовного права. Но реальные цифры не могут оправдать риски, связанные с введением системы ювенальной юстиции, которые проявились в опыте западных стран, и не могут оправдать того, что уже делается для внедрения ювенальной юстиции в России. Контролировать все семьи из-за того, что среди родителей изредка встречаются изверги, все равно, что обыскивать на выходе из супермаркета всех покупателей, раздевая их догола, только потому, что в магазинах временами воруют.
Используя отдельные случаи реального насилия в семье как повод для нагнетания истерии в обществе с помощью СМИ, апологеты ювенальной юстиции стремятся поставить вне закона традиционный семейный уклад, объявить его неправильным и даже преступным.
 
Против того, что эти ошибки и преувеличения – чистая случайность, говорит хорошо известная американская практика. Когда в 1994 г. Национальный Комитет США по предотвращению насилия над детьми подвергли критике за то, что он публиковал в своем отчете неточные и завышенные данные о насилии над детьми, в частности, выдавая за реальное число случаев насилия количество «сигналов» о насилии, поступивших в службы защиты детей, Д. Даро (один из авторов отчета) вполне честно сказала прессе: «Наша задача не в том, чтобы сообщить людям абсолютную истину, а в том, чтобы дать им почувствовать глубину проблемы». Российские сторонники ювенальной юстиции старательно дают обществу почувствовать масштаб проблемы. А ее (проблемы) фактическое отсутствие в этом масштабе их, очевидно, не смущает.
 
При этом почти ничего не говорится о насилии в самой подростковой и детской среде, когда жертвами малолетних преступников становятся как их сверстники, так и взрослые люди. Отсюда с логической неотвратимостью следует, что интерес представляет не собственно проблема детской девиации и насилия, применяемого к детям, а только то, что связано, будем говорить прямо, с модификацией российского института семьи. А это совсем другая тема. Из разряда информационно-психологической войны с Россией. Тема, которая входит в поле национальной безопасности. Туда много чего входит: от навязанного монетаризма и вступления в ВТО, до планирования семьи, а теперь еще и ювенальной юстиции в инокультурной по отношению к России версии.
 
Международные обязательства России
Создание специализированной судебной системы по делам несовершеннолетних входит в обязательства Российской Федерации по применению общепризнанных принципов и норм международного права. В частности, Конвенции ООН о правах ребенка, минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, руководящих принципов Организации Объединенных Наций для предупреждения преступности среди несовершеннолетних.
 
Однако сам принцип автоматической приоритетности «общепризнанных» принципов и норм международного права над нормами российского национального законодательства, закрепленный в Конституции 1993 г., торпедирует российский государственный суверенитет. Общая норма конституции в каждом конкретном случае должна соотноситься с требованием национальной безопасности страны. В случае с попыткой внедрения инокультурной ювенальной юстиции имеет место именно такая коллизия.
 
«Положительный», по мнению сторонников ювенальной юстиции, опыт «пилотных» регионов
Активная деятельность по введению в России механизмов ювенальной юстиции ознаменовалась в начале 2000-х гг. стартом ряда пилотных проектов по созданию ювенальных судов. Ключевыми экспериментальными регионами для внедрения ювенальной юстиции стали: Ростовская область, г. Москва и Московская область, Саратовская область, г. Санкт-Петербург, Ставропольский край, Самарская область, Брянская область, Красноярский край, Волгоградская область, Чувашская республика, Кемеровская область, Пермский край, Костромская область, Краснодарский край, Нижегородская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Республика Марий Эл.
 
Спустя 10 лет можно с большой долей уверенности ответить на вопрос об эффективности созданных структур и институциональных механизмов. Для этого нужно сравнить динамику показателей преступности несовершеннолетних в указанных экспериментальных регионах (усредненное по ним значение) и в среднем по всей России (рис. 2.3).


 
Феноменологические данные наглядно показывают, что по показателю детской преступности эффективность пилотных проектов не подтверждается. Положительного эффекта нет никакого. Хуже того, в 2008-2010 гг. именно в пилотных регионах наметился относительный рост детской преступности по сравнению с в целом падающим общероссийским трендом. Прогноз о контрпродуктивности инокультурной ювенальной юстиции в России начинает сбываться.
 
Из этого фактического результата вывод следует практически однозначный: ювенальная юстиция пилотного образца наносит вред российскому обществу.
 
Отметим, что спад показателя преступности в 2002 г. связан с психологическим  эффектом судейства в условиях ожидания нового (принят в 2003 г.) уголовного Кодекса, который, как это было известно по его проекту, стал существенно более мягким. Сторонники ювенальной юстиции, надо отдать должное, практически никогда и не утверждают, что ее внедрение способно снизить первичную преступность несовершеннолетних. Чаще всего, говоря о якобы успешном опыте пилотных регионов, они приводят показатели рецидивной преступности.
 
При анализе зарубежного опыта функционирования ювенальной юстиции отмечалось, что во многих странах рецидивная преступность действительно снижается. Однако при этом при введении комплексной системы ювенальной юстиции с неизбежностью начинается рост первичной преступности, причем более стремительный, чем снижение рецидивной. Рассуждая о позитивном опыте пилотных регионов, сторонники ювенальной юстиции чаще всего приводят в пример Ростовскую область, которая в ходе реализации в 2001-2003 гг. проекта Программы Развития ООН в Российской Федерации (ПРООН) «Поддержка правосудия по делам несовершеннолетних» стала одной из первых экспериментальных площадок ювенального проекта.
 
Но в официальной «Справке по результатам обобщения информации судов субъектов РФ об использовании ювенальных технологий судами общей юрисдикции» Ростовский областной суд так высказался о необходимости учреждения в судебной системе России ювенальных судов: «Опыт работы судов общей юрисдикции Ростовской области по совершенствованию правосудия в отношении несовершеннолетних в конфликте с законом, внедрение в эту сферу ювенальных технологий показали, что реформирование судебной системы в направлении специализации правосудия с участием несовершеннолетних… возможно без создания самостоятельно существующих вне или параллельно судам общей юрисдикции “ювенальных судов”. Представляется, что в районных (городских) судах общей юрисдикции целесообразно формировать специализированные судебные составы по делам несовершеннолетних этих судов».
 
Это практически все ключевые аргументы сторонников ювенальной юстиции. Но, во-первых, как видно, положительного эффекта по первичной детской преступности попросту нет. А во-вторых, сама акцентированная тематика, как это тоже хорошо видно, имеет мало общего с реальными проблемами детей в России. Не с ними связан ювенально-юстиционный внедренческий ажиотаж. Проиллюстрируем реальные проблемы.
 
Рост сексуальных преступлений против несовершеннолетних 
С 2002 по 2007 гг. рост выявленных преступных насилий над несовершеннолетними на сексуальной почве превысил 25 раз (рис. 2.4).


 
Ответственность за это несет в том числе и Государственная Дума. Например, снижение возраста получения паспорта до 14 лет повлекло за собой снижение до той же возрастной планки т.н. «возраста половой неприкосновенности». В результате растление 14-летнего ребенка перестало быть уголовно наказуемым. К слову, Госдумой уже была предпринята попытка узаконить браки с того же 14-летнего возраста.
 
Показателен факт правовой легализации абортов пятнадцатилетними девочками без согласия и даже оповещения родителей. Смысл подобных инициатив очевиден – попытка оградить от ответственности извращенцев за преступления против детей. Это привело к взрыву педофилии.
 
Убыль детей
В 2010 г. в первый класс школу пошли 12, 8 млн детей, а в 1998 г. их было 22 млн. Это стремительное, просто катастрофическое падение численности детей в России (рис. 2.5).



И это проблема не только абсолютной численности, но и проблема политики внутренней миграции (рис. 2.6).


 
Нехватка детских садов
Численность детских садов в России неуклонно сокращается (рис. 2.7). На начало 2010 г. 1,9 млн детей нуждались в устройстве в дошкольные образовательные учреждения.

 
Агрессия несовершеннолетних
Фундаментальной причиной детской жестокости и безрассудной агрессии становится постоянно сокращающееся поле нравственной устойчивости и табуирования зла, фатальное соединение сверхбыстрого взросления с затягивающейся на долгие годы инфантильностью.
 
Несбывающиеся ожидания
Стремление создать в России общество потребления, активирующее через рекламу образцы материального преуспеяния и ожидание материального достатка, порождает протестное поведение детей из бедных и беднейших слоев общества. Однако воспитательной и образовательной молодежной политики в этом отношении не проводится и даже не обсуждается. Ценностной мотивации молодежи, связанной с высокими человеческими социализирующими и жизненными целеустановлениями, в России не уделяется практически никакого внимания. А это и есть реальный генератор девиантности и преступности.
 
Но обо всех этих проблемах сторонники ювенальной юстиции не говорят.
 
Таким образом, пилотный проект по внедрению ювенальной юстиции говорит, скорее, не о целесообразности, а о контрпродуктивности ювенальной юстиции западного образца в России. Аргументы сторонников ювенальной юстиции на поверку не могут рассматриваться как реальные основания для внедрения ее в России. Наоборот, сверхактуальной задачей становится укрепление российского института семьи и восстановление традиционных российских семейных и социальных ценностей.
 

Источник


Назад к списку